Главная » Образование » Якутянка в «кузнице» Нобелевских лауреатов

Якутянка в «кузнице» Нобелевских лауреатов

Гость редакции Айталина Петрова

Айталина Петрова закончила в 2017 году Университет Гронингена (Нидерланды) по специальности «Международное право прав человека». По-английски название специальности звучит лучше, по крайней мере, глаз и ухо не режет, но можно сказать и «международная защита прав человека». Специалистов с таким образованием не только в нашей республике, но и в целом по стране — по пальцам пересчитать.

Университет, который старше Якутска

Главное здание университета.

— Получив красный диплом юридического факультета СВФУ, я начала искать университеты в Европе и Северной Америке с учетом их места в мировом рейтинге высших учебных заведений.
Для меня еще было очень важно, чтобы обучение было на английском языке, который очень хорошо преподавали в нашей школе с 1‑го класса — я закончила среднюю школу № 26 г. Якутска. Упор был на разговорную речь, а еще мы писали на уроках эссе, письма.

— Многие на русском такие перлы выдают — хоть плачь: «Бедная Лиза рвала цветы и этим кормила свою мать», а тут английский.

— Учить язык нужно с удовольствием, тогда все получится. Я, например, люблю музыку, поэтому переводила тексты песен, чтобы пополнить словарный запас. Смотрела фильмы на английском (и сейчас смотрю).
Читаю англоязычных авторов в оригинале. В данное время – «Дом странных детей» Рэнсома Риггза.
Вообще, этот язык уникален тем, что при общении не приходится стесняться своего акцента. Дело в том, что в самой Великобритании в каждом регионе свое произношение, не говоря уже про США, Канаду, Австралию. То есть акцент есть у всех, при этом все друг друга понимают.

— При этом, само собой, юридические термины должны от зубов отскакивать. А почему именно Гронинген?

— Я подавала документы в несколько зарубежных университетов. Канадский и исландский готовы были меня принять, но у них не были предусмотрены стипендии, так что эти варианты меня не устраивали, а Университет Гронингена стипендию предоставил. Но сразу скажу: без красного диплома я бы ее не получила. Спасибо бабушке – Ульяне Терентьевне Гордеевой. Сейчас она на пенсии, а раньше работала в Якутском книжном издательстве. Бабушка мне всегда внушала, что учиться нужно на совесть.

— Можно о самом университете в нескольких словах?

— Он был основан в 1614 году, а в 2017‑м находился на 59 месте мирового рейтинга. Для сравнения — МГУ, единственный российский вуз в этом рейтинге, находится на 93 месте. А кроме всего прочего, университет в Гронингене закончили три Нобелевских лауреата.

— И как там чтят их память?

— Почему «память»? Третий Нобелевский лауреат получил премию во время моей учебы, в 2016 году.

Смелость города берет

Выпуск-2017. Будущие нобелиаты.

— Чтобы нацелиться на столь серьезное учебное заведение, нужно обладать большой смелостью.

— Скорее, уверенностью в своих знаниях и большим терпением. Сдав экзамен IELTS и подав заявку, ответа ждешь два-три месяца, потому что желающих много — со всего мира.
Информация о предоставлении стипендии приходит отдельно, недели через две. А пакет документов надо готовить как минимум за год. Особенно важны грамоты и дипломы с международных конференций — у меня они были из Канады, Германии и Японии.
В Германии я участвовала в молодежном саммите «Большой двадцатки». Информацию о его проведении узнала на сайте международного отдела СВФУ, подала заявку, отдел дал мне рекомендацию, а потом был жесткий отбор уже на общероссийском уровне. Неделю мы работали в немецком городе Гармиш-Партенкирхен, составляли рекомендации для руководства стран, входящих в «Большую двадцатку».

— Для руководства стран? Ни больше, ни меньше?

— Да. А в Японии я выступала на Неделе арктической науки в городе Тояма. Правда, оказалось, что остальные докладчики, в основном, профессора, студентов было мало.

— Тем почетнее участие! Словом, понятно, почему Университет Гронингена согласился вас принять и даже предоставил стипендию.

— Перед началом учебы нужно было еще написать мотивационное письмо о себе и о том, чем мое исследование может заинтересовать университет. Я написала о своей работе по вопросу рассмотрения основного права человека — права на безопасную окружающую среду.
В 2013 году я была на стажировке в Университете Лапландии в Рованиеми, где находится официальная резиденция Санта-Клауса. Городок небольшой даже по сравнению с Якутском — всего 70 тысяч жителей, но с наступлением зимы все меняется. Туристы — особенно из Кореи и Японии — прилетают целыми самолетами, на улицах не протолкнуться.
Но меня там больше всего заинтересовало экологическое движение. Вернувшись домой, я пошла на кафедру экологии и поинтересовалась, есть ли у нас что-нибудь подобное. Оказалось, нет. Поэтому я собрала группу единомышленников, и мы создали при университете студенческое экологическое общество «Клевер».
«Экономично быть экологичным»

— Как это удавалось совмещать с учебой на юрфаке?

— Нужно просто делать то, что нравится. Мы читали лекции в школах, участвовали в озеленении города, проводили экологические квесты в парке, начисляя дополнительные баллы за собранный по пути мусор, и финалисты притаскивали к финишу по два больших мешка.

«Я люблю музыку, поэтому переводила тексты песен, чтобы пополнить словарный запас».

Правда, изначально уборка мусора в наши планы не входила, нам казалось — начинать надо с голов сограждан и менять их отношение к природе, чтобы они воспринимали её не как кладовую, а как общий дом.

— Но в конце концов все равно пришлось взяться за совки и мешки?

— Пришлось. Но хочу сказать: чтобы заботиться о природе, не обязательно быть экологом. Заведите матерчатую сумку вместо множества пластиковых пакетов. Выключайте воду, когда чистите зубы.

— Уходя, гасите свет.

— Обязательно. Это же нагрузка на электростанцию с ее выхлопами и выбросами в окружающую среду.

— Нагрузка на кошелек для большинства — более весомый аргумент.

— Согласна. А экологичным быть экономично.

— И на этой оптимистической ноте приступим, наконец, к главному — вашей учебе в Гронингене. Кстати, как правильно — Голландия или Нидерланды?

— Нидерланды. Голландия — всего лишь одна из провинций страны, но там никто не обижается на иностранцев, которые, как правило, путают эти понятия.

— Правильно делают: целый мир не перевоспитаешь. А с чего началась жизнь в Нидерландах?

— Нам сразу выдали объемистые книжки с правилами для велосипедистов, так как там велосипеды — основное транспортное средство. В случае необходимости к ним крепятся и корзины, и тележки. Матери возят в них детей — малыши пристегнуты ремнями безопасности, а в случае дождя раскрывается мини-тент.
Там есть даже светофоры для велосипедистов и улицы, где велосипедное движение строго одностороннее, а за езду «против шерсти» — штраф около 80 евро.
При этом угоны велосипедов — не редкость. В пунктах проката их выдают в комплекте с толстой цепью, которой следует намертво прикручивать свое транспортное средство к месту парковки.
Парковки там, кстати, двухэтажные, но угоняют и оттуда, а полиция говорит прямым текстом: «Скорее всего, не найдем». Еще предупреждают, что покупать велосипеды с рук нельзя — наверняка краденые.

По соседству с парковкой

Команда с кураторами.

— Самим не приходилось с такой проблемой сталкиваться?

— К счастью, нет. Кстати, в нашем общежитии половину первого этажа занимала велосипедная парковка, поэтому там было всего 14 комнат — в одной из них я и жила. На других этажах комнат было по 30, так что нам повезло, кухня ведь одна на этаж.

— Только кухня? Или имелись и другие места общего пользования?

— Туалет и душ были в каждой комнате. А кухня и комната отдыха — общие.

— Благодаря этому вы, наверное, постигали особенности национальной готовки всех своих соседей?

— Мои подруги — девушки с Кипра и Таиланда — приучили меня пользоваться приправами. Девушки из Ирана — одна все время ходила в платке и закрытой одежде до пят, другая ни о чем таком даже слышать не хотела — тоже использовали много специй, а китайцы однажды так с этими приправами переборщили, что сработала пожарная сигнализация. Все общежитие высыпало на улицу, а виновники почему-то не торопились информировать народ о том, что тревога ложная.

— Чужая душа — потемки. Разница в менталитете общаться не мешала?

— Недопонимание иногда возникало, но не более того. Например, моя подруга-болгарка недоумевала, почему сосед-японец с ней не здоровается. Я удивлялась — со мной-то он здоровался всегда.
Вообще, по моим наблюдениям, нам ближе всего восточноевропейцы, жители Южной Европы и Азии. С ними можно и в кино после лекций сходить, и погулять, и в другие города на выходных съездить, а местные доброжелательные, но отстраненные. Если учишься с ними — будут говорить только об учебе.

«Университет в Гронингене закончили три Нобелевских лауреата»

Как-то раз мы с друзьями за четыре часа съездили в город Маастрихт (кстати, в этом городе 7 февраля 1992 года было подписано соглашение о создании Евросоюза), погуляли там на карнавале и вечером вернулись. А находится он, между прочим, на другом конце страны. Такие поездки — очень доступный отдых, если брать еду с собой и покупать групповые билеты. Допустим, один билет Гронинген — Амстердам стоит 26 евро в одну сторону, а групповые — семь евро штука. Туда и обратно.

— Ваш «клуб путешественников» сейчас общается?

— Конечно. По скайпу, ватсапу. Просто так сидеть в соцсетях не вижу смысла, а при общении с друзьями не замечаю, как время летит, могу и на два часа зависнуть.

Европейский суд по правам человека

— Чем учеба в Нидерландах отличается от здешней?

— Основное отличие — полная самостоятельность студентов. Преподаватели только читают лекции и отвечают на вопросы аудитории. Если что-то не понял, можно написать им на электронную почту, они всегда доступны, но сами ни за кем не бегают.
Преподавательский состав воспринимает студентов как будущих коллег и относится соответственно. Опоздал на лекцию или не явился на экзамен — никто не спросит, почему.

— Но и расхлебывать придется самому?

— Конечно. Училась я со студентами из Великобритании, США, Канады, Таиланда, Италии, Германии, Нидерландов.

— Из России кто-нибудь был?

— Я одна.

— Ответственность-то какая — представлять целую страну! А кроме шуток, приходилось ли взваливать на свои плечи такую ношу?

— Как-то раз преподаватель сказал нам, что скоро будет конкурс Европейского суда по правам человека. Он очень престижный, проходит во французском Страсбурге, где и находится Европейский суд по правам человека. Собственно, мы выступали в тех же самых залах, где проходят настоящие заседания. В команде нас было четверо — кроме меня, две девушки из Ирландии и одна из США.

— То есть английский для них — родной. А с ними — студентка из Якутии. Потрясающе.

— Первый этап был заочным. На «повестке дня» было дело террориста, заложившего три бомбы, две из которых взорвались, а местонахождение третьей он указал после того, как на допросе его дважды ударили по лицу.
Мы должны были выступать и в роли заявителя, и в роли государства-ответчика. В роли заявителя нужно не допустить экстрадиции обвиняемого, доказав вину государства в насилии над подследственным, поскольку на родине его бы ждали пытки и смертная казнь.
В роли государства — обосновать, что две пощечины — не пытка, и сделать упор на то, что пока он молчал, два взрыва унесли человеческие жизни. Отдельно рассматривалась возможность его экстрадиции в страну, где пытки не запрещены.
Два месяца мы готовили документы, анализировали судебную практику европейского суда и других международных судов.

Магистр права

После получения диплома.

— Из 95 команд на второй этап прошли лишь 20.

— Но в Европе же не 95 стран, а куда меньше?

— Команды на конкурсе представляют не свои страны, а свои учебные заведения. Кстати, нашим было приятно, что их вечный соперник — Университет Лейдена — остался за бортом, не дойдя до очных туров, а мы прошли.
Выступали перед судьями Европейского суда и, как я уже говорила, в тех же залах. Стены там прозрачные, много воздуха, мало формальностей. Но уставали страшно, вымотались и физически, и морально. Гронинген за всю историю дальше 20 места не прошел ни разу, а тут мы вошли в десятку и продолжали идти вперед. Каждый вечер объявляли, кто отсеялся.
Соперники были очень сильные. Например, Кембриджский университет был настроен только на победу, они так и заявляли: «Мы выиграем, мы лучшие». К простым смертным относились несколько свысока, но при этом, что удивительно, умудрялись оставаться приятными собеседниками.

— И что в итоге?

— Мы заняли IV место, проиграв только Киево‑Могилевской академии, которая и стала победителем, обойдя в финале Софийский университет (Болгария).

— А Кембридж?

— Как раз они болгарам и проиграли. Даже не знаю, радовались ли они третьему месту. Но уверена — для всех участников это был фантастически полезный опыт.

— Как вас встречали в Гронингене?

— Организовали праздничный банкет. Руководство университета лично поздравило и нас, и наших кураторов.

— А диплом когда вручили?

— В августе 2017 года. Церемония вручения прошла в прекрасном здании бывшей церкви Дер Аа-керк. Там очень красиво, недаром она считается одной из достопримечательностей Гронингена.

— Чем сейчас занимаетесь?

— Преподаю на юридическом факультете СВФУ и работаю юристом.

— Желаем магистру права с международным дипломом использовать полученные знания на благо и себе, и родной республики.

«Якутия», 18 января 2018 г.

19.01.2018
5
1
 1390
Кюннэй Еремеева

Кюннэй ЕремееваСмотреть все записи

Окончила филологический факультет ЯГУ. Журналист, писатель, переводчик и большой знаток культуры. Ее статьи отличаются писательским размахом, глубиной и безупречным стилем.
Сборник повестей «Сын тундры», изданный медиа-холдингом «Якутия», удостоен диплома Дальневосточной выставки-ярмарки «Печатный двор-2017» в номинации «Детская книга».

Похожие записи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

9 + 15 =