Главная » Человек труда » Слово оленевода

Слово оленевода

Иннокентий Бурцев – потомственный оленевод, председатель общины «Хэндал», зоотехник ГУП «Себян», стахановец, лауреат Государственной премии РС(Я) в области сельского хозяйства — вся его жизнь связана с оленями.

«На съезде мне, к сожалению, слова не досталось. Сказали, что нет квоты. Это было мероприятие, скорее, для чиновников, а не для нас, простых оленеводов», — говорит он. А Иннокентию Дмитриевичу было о чем сказать: почему не надо гоняться за планами, процентами в оленеводстве, как получать выгоду, не забивая оленя.

Себян – сердце Якутии

Себян расположен на самой вершине Верхоянского хребта на высоте 800 метров выше уровня моря в красивейшем месте на истоках Яны. А в семидесяти километрах от нашего поселка установлено сэргэ, отмечающий центр Якутии. Так что, когда спрашивают, где мы живем, так и отвечаем: «В центре!».

Озеро Себян-Кюель — самое глубокое в республике. Кстати, ученые до сих пор не могут точно определить его глубину. Наше село стоит на верховьях Себян-Кюеля на развилке речек Нятатам и Суоланячан. Причем очертания этих речек на карте повторяют контуры сердца. Вот вам и сердце Якутии.

Виноват сам человек, а не волки

ГУП «Себян» в советские времена был хозяйством-миллионером. После развала СССР, когда во всех улусах общины разделились и хозяйства перешли в частные руки, наши старейшины собрали всех бригадиров стад и решили, что расходиться не надо. А ведь поступали предложения раздать оленей в семьи, как и сделали в других улусах. Но мы, благодаря мудрости отцов, сохранили хозяйство и создали государственное унитарное предприятие.

Но даже с помощью государства пока не удается удержать поголовье. Если в 2007 году у нас было 19000 оленей, то сегодня, спустя десять лет, — 4167. И еще 2500 в частных руках. Говорят, что волки в этом виноваты, но это не так. Тут больше человек сам виноват. Сегодня у бюджетников заработная плата в разы выше, чем у оленеводов. Дети учителей ходят с дорогими телефонами, в хороших одеждах. Думаете, глядя на это, оленевод своего ребенка с «деревяшкой» оставит? Нет. Вот и забивают оленя. Пускают его на мясо, которое продают, чтобы купить айфон.

Раньше был контроль поголовья, и забивать оленя на свои нужды запрещалось, это каралось законом. Я 36 лет в оленеводстве и понимаю, что те требования давно устарели. Ну, не можешь ты запретить человеку использовать оленя, когда он получает зарплату всего 15 тысяч рублей. Вот прокурор улуса мне звонит и говорит: «Что ты там строишь из себя царя, закон в России один для всех! Надо заводить дела и отправлять мне». Я родился здесь, живу, и, надеюсь, тут и умру. Как я буду смотреть в глаза своим землякам, детям, внукам, если начну сажать всех, кто хочет лучшей жизни?

Сначала инфраструктура — потом требования

В советские годы мы ежегодно по плану забивали более 4000 голов оленей. Вертолетами прилетали и забирали мясо. Взамен завозили нам продукты, топливо. Сегодня же, чтобы сдать мясо, надо заполнить массу бумаг, забивать должны в специально оборудованном месте, необходимо отвечать множеству требований. Вы сначала инфраструктуру создадите, дороги нам элементарно постройте, а потом требуйте скотобойни как на Западе. Сейчас у нас забоя нет вообще. Уже лет как десять сидим на выбраковке. То есть потребляем мясо больных, увечных животных.

Мы продаем оленину из расчета 250-280 рублей за килограмм. А по европейским стандартам (разделив мясо по сортам) могли бы продавать одного оленя по цене трех.

А можно зарабатывать деньги круглогодично, и вовсе не забивая оленя. К примеру, килограмм сырых пантов без переработки сегодня стоит 1200 рублей, с переработкой в десять раз дороже. Бой рогов – 700 рублей, за килограмм меха можно выручить 100 рублей, сыворотка из крови оленя (она считается целебной) тоже стоит очень дорого.

Но для того, чтобы внедрить это, поставить на поток, нужна законодательная воля. Ее у нас нет.

Это был съезд чиновников

Прошедший съезд оленеводов впору назвать съездом чиновников. Я со многими разговаривал, спрашивал: почему это они на ипподроме возле чумов стоят, а не в зале заседают, отвечают, что квоту не выделили. Я считаю: это ограничение наших прав! Кто, как не простой оленевод, бригадир стада, знает, что им сегодня важно и нужно. Думаю, что высокопоставленным чинам просто ни к чему нас слышать, им это невыгодно и не нужно.

Вот создали некие стандарты, по которым сегодня нам оплачивают субсидии. Раньше направляли финансирование с разбивкой на статьи расходов: на корализацию, спецснаряжение и заработную плату. Сегодня же выделяют одной суммой, и когда делишь ее на количество работников, получается будто средний заработок не ниже 40 000 рублей. Налицо рост дохода оленевода. Но ведь из этой же суммы надо приобретать технику, лечить оленей и прочее, таким образом, на зарплату направляется гораздо меньше средств.

По горно-таежной зоне, к которой мы относимся, субсидия составляет 5000 рублей за голову. По стандарту в стаде с численностью оленей не менее 800 голов должно быть предусмотрено восемь работников. Поэтому, чтобы соответствовать стандартам, мы приняли решение укрупнить стада — из девяти создали шесть.

Как увеличить поголовье

Как увеличить поголовье оленей? Я считаю, что оставшееся поголовье нужно раздать общинам, заключив договор сроком от 3 до 10 лет. И к концу действия договора требовать увеличение поголовья. К примеру, получила община от 1000 оленей 80 оленят, 40 возвращаю, 40 оставляю себе. Ведь частных оленей сейчас очень мало, оленеводы ежегодно уходят в минус. А таким образом можно было бы увеличить поголовье и частное, и ГУПа.

В прошлом году волки задрали 1031 оленя, 800 – пали, 500 – исчезли (думаю, это дело рук двуногих волков). 1031 штук – это 16 миллионов убытков. А всему причиной то, что серых сначала запретили отстреливать, потом стало нельзя использовать яды. Одна волчица в год рожает 6-12 щенят!

Минсельхоз республики отчитывается, что волки нанесли урон отрасли на 400 миллионов рублей, при этом нынче на отстрел выделили 20 млн, из которых 12 уйдет на облет…

Думаю, пришли времена, о которых еще говорил мой дед. После войны они две зимы пережили на беличьем мясе. Я на днях был на облете, так вот скажу вам, что Верхоянские горы пустые, жиганская тундра тоже – нет следов ни диких оленей, ни снежных баранов. Идут какие-то глобальные изменения в климате, тут по-хорошему должны уже ученые подключаться. На горах искусственные озера появились, через нас начали журавли, лебеди пролетать, чего раньше никогда не было. Мы уже зимуем в русской одежде, не мерзнем, летом дождь перестал идти. Одуванчик, горный багульник по второму разу цветут. Природа сама о чем-то сигнализирует, а мы пока не можем расшифровать.

О победе

На съезде оленеводов в марте приняли участие две наши команды, и обе заняли два первых места из 25 команд! Над нашей победой работали всем улусом, наслегом. Кто помог с машиной, кто с перевозкой оленей. Наши 20 оленей разместил на своей даче генеральный директор ООО «Престиж» Алексей Ефимов, за что ему большая благодарность от имени нашей команды. А ухаживал за ними все это время студент Петр Неустроев, ради такого случая он специально приехал из своего училища в селе Графский берег Намского улуса.

Так что наша победа – это общая победа!

Наше будущее связано с оленями

Я родился и вырос с оленями. И своих детей воспитываю также. У нас четверо детей: две дочери и два сына. Старшему Дмитрию 29 лет, у него четверо детей, работает экономистом в администрации. У старшей дочери Дианы три диплома, живет в Якутске, помогает мне в работе общины. Младший сын Гаврил студент, а дочка Евдокия учится в девятом классе.

Мы с супругой Людмилой Васильевной с 1989 по 2004 год кочевали с оленями. Так что дети наши выросли в стаде. Как только найдут время, тут же в кочевье рвутся. Все умеют. Младшая Дуняша недавно установила рекорд республики по метанию маута, старшая дочка одна может 40 важенок подоить. Они уважают наш труд и не представляют себе жизни без оленя. Они наша гордость.

13.04.2017
1
0
 637
Ирина Мартынова

Ирина МартыноваСмотреть все записи

редактор раздела "Общество"

Журналист «широкого профиля»: строительство и архитектура, энергетика и сельское хозяйство, портреты тружеников, интервью известных людей – трудно сказать, что ближе автору, тем более что все получается хорошо.

Окончила филологический факультет ЯГУ им. М.К. Аммосова, Российскую академию народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ.

Работала в газете «Эхо столицы» (в том числе на посту главного редактора), в медиа-холдинге «Якутия». Являлась учредителем и редактором газеты «Вести Якутии».

В «Якутии» с 2015 года.

Похожие записи

1 Comment

  1. Харги:

    0

    0

    «На съезде мне, к сожалению, слова не досталось. Сказали, что нет квоты. Это было мероприятие, скорее, для чиновников, а не для нас, простых оленеводов», — говорит он. А Иннокентию Дмитриевичу было о чем сказать: почему не надо гоняться за планами, процентами в оленеводстве, как получать выгоду, не забивая оленя. — вот ведь посыл то

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.