Главная » Культура » «Мой илин кэбисэр»

«Мой илин кэбисэр»

Аита Шапошникова о своей новой книге

Увидела свет книга переводов Аиты Шапошниковой «Мой илин кэбисэр», куда вошли переводы как наших классиков, так и молодых авторов.

— Сначала я хотела назвать свою книгу «Мой тезаурус», потом подумала, что это название слишком сложное. Термин «тезаурус» происходит от греческого «сокровище», а это ведь мои сокровища, то, что я делала всю жизнь. Разумеется, не все попало в сборник. Но есть произведения, которые я просто не могла туда не включить.

— Как я вижу, открывает сборник перевод поэмы Кулаковского «Сон шамана».

— Сейчас я поражаюсь своей смелости — это ведь сакральная тема. Сама бы я, конечно, не отважилась. Меня заставила Ольга Корякина-Умсуура. Она, будучи редактором детских журналов «Колокольчик» и «Чуораанчык», занималась изданием «Библиотечки «Колокольчика», но имевшиеся на тот момент переводы «Сна» дети бы не поняли. У Егора Сидорова был, скорее, научный перевод. У Владимира Солоухина – поэтический, но тоже не для детского понимания. Собственно, дело даже не в том, детский он или недетский, просто есть такой закон: каждые 50 лет значимые произведения нужно переводить заново. Язык – живой, он непрерывно меняется, и переводы очень быстро устаревают. Именно поэтому Библию на английский и немецкий языки переводят каждые полвека.

Получив предложение Умсууры, я первым делом пошла к Людмиле Реасовне Кулаковской, спросила ее, надо ли и можно ли? Она сказала: «Надо». И потом, если бы Кулаковский не захотел, он бы не дался. А работала я долго. Это же нужно вникать в текст, растворяться в нем.

— Надо полагать!

— Тем временем дела с финансированием «Библиотечки «Колокольчика» стали совсем плохи, и неизвестно, сколько бы времени пролежал готовый перевод, если бы мне не предложили отдать его в серию «Сокровища Севера» Издательского дома «Кудук», где он и вышел мизерным тиражом 500 штук. Разошлась книга мгновенно. Иллюстрировал ее сам Борис Неустроев-Мандар Уус, да и Людмила Реасовна говорила про мой перевод: «Я его люблю», — и всячески пропагандировала. В общем, он сразу стал библиографической редкостью. Позже его издали в виде мини-книжки, там тираж и вовсе был микроскопический – 10 штук, что ли. И одна из этих книжечек побывала в космосе.

«Можно сказать, это ретроспектива якутской литературы на русском языке», — говорит Аита Ефимовна.

— Ничего себе! Хотя чего удивляться, это же Ексекюлях.

— Об этом мне сообщил, кстати, Афанасий Иванович Ноев, и на ысыахе «Сахамедиа» я познакомилась с Олегом Кононенко – космонавтом, который «вывел» «Сон шамана» на орбиту. А у меня самой этой книги не было.

— Сапожник без сапог…

— Единственный доставшийся мне «кудуковский» экземпляр кто-то слезно выпросил, и осталась я с рукописным вариантом. Именно из этих соображений я и включила «Сон» в сборник «Мой илин кэбисэр». Потому что как так: мой перевод побывал в космосе, а у меня дома только рукопись!

— А что касается других переводов?

— Они большей частью публиковались ранее в «Полярной звезде», «Литературной России», выходили в Год литературы на страницах «Якутии». Из недавних работ – перевод «Безумного Никуса», сделанный к юбилею Ойунского.

— В сборнике есть и переводы работ молодых писателей. Что вы скажете о них?

— Молодые обнадеживают. Взять хоть сотрудниц «Сахамедиа» Ангелину Васильеву и Аграфену Кузьмину – они прекрасные прозаики, у них очень психологичные, глубокие тексты, что радует. Ведь в последнее время появилось довольно много так называемых «ватсап-писателей», которые публикуют там свои рассказы, а то и целые повести. Это безусловно одаренные люди, язык у них есть, но их работы очень сырые, потому что они никогда не возвращаются к написанному. Это такой поток сознания. Начинаешь «копать» и обнаруживаешь много нелепостей по сюжету, по канве. Не зря же писатели-профессионалы откладывают свои работы месяца на три, потом смотрят уже свежим взглядом и обязательно находят, что изменить по сюжету, языку, стилистике.

 

— А как обстоят дела с переводом?

— Я веду семинар у переводчиков в СВФУ. В прошлом году был интересный выпуск. Например, врач Петр Тумусов. Да-да, врач. Он составил анатомический атлас на якутском языке и на отделение перевода поступил, скорее всего, по той причине, что сам хотел его перевести. А сейчас лента в Фейсбуке время от времени «приносит» мне стихи, которые он переводит с русского на якутский. Или Алла Ноговицына, занимающаяся проблемой компьютерного (электронного) перевода. Или Семен Феоктистов, инженер. Закончив магистратуру СВФУ, сейчас учится в аспирантуре Института гуманитарных исследований. Думаю, мы еще о них услышим.

— Что ж, сделаем зарубку.

— Вообще, хочу сказать, перевод – тема нынче востребованная. Ассоциация писателей Якутии, где я сейчас работаю, организовала недавно двухдневный семинар по переводу, куда приезжал в том числе и главный редактор журнала «Дружба народов». Рассчитывали мы человек на 50, а пришло намного больше. Разговор был о том, что надо возрождать переводческую школу, которая была в Советском Союзе. В других республиках это давно поняли: в Литературном институте, который я окончила в свое время, сейчас учатся татарская и башкирская группы.

— А мы? Позади планеты всей?

— На праздновании 385-летия вхождения Якутии в состав Российского государства в Москве, на заседании в Центральном доме литераторов мне дали слово. Я сказала, что давно назрела необходимость в наборе якутской группы, при этом на учебу в Литинститут надо отправлять не «зелень», как раньше, а людей уже пишущих, и с учетом этого отправлять их в Москву не на пять лет, а хотя бы два года, как магистрантов, тогда и будет толк.

— Аита Ефимовна, чем вы занимаетесь сейчас?

— Перевожу четвертую книгу Павла Харитонова-Ойуку «Дорога с бубенцами». Но, думаю, такие крупные работы больше брать не буду, сосредоточусь на небольших повестях, рассказах. Нужно ведь и для своей книги оставить силы и время. Что за книга, говорить пока не буду. Рано. А долг перед Семеном Петровичем Даниловым, который поверил в меня, вчерашнюю школьницу, и отправил на учебу в Литинститут, я, думаю, выполнила.

Фото автора и Аиты Шапошниковой.

 

28.05.2018
2
0
 2076
Кюннэй Еремеева

Кюннэй ЕремееваСмотреть все записи

Окончила филологический факультет ЯГУ. Журналист, писатель, переводчик и большой знаток культуры. Ее статьи отличаются писательским размахом, глубиной и безупречным стилем.
Сборник повестей «Сын тундры», изданный медиа-холдингом «Якутия», удостоен диплома Дальневосточной выставки-ярмарки «Печатный двор-2017» в номинации «Детская книга».

Похожие записи

1 комментарий

  1. hhh:

    0

    0

    Почему якутскую букву h переводите как с? h это х. Кэбихэр, а не кэбисэр. Ураха, а не ураса. Нюргухун, а не нюргусун.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

один × 4 =