Главная » Культура » Чайка снова взмахнула крылом

Чайка снова взмахнула крылом

Рецензия на премьеру в Русском театре

Ирина Николаевна Аркадина (Оксана Смеркалова) и ее сын Костя (Андрей Шаповалов).

За 132 года, прошедшие с момента самой первой премьеры, чеховская «Чайка» пережила сотни постановок и экранизаций как в России, так и за рубежом. Ею восхищались, ее освистывали. Героев боготворили и презирали. Режиссеров поднимали на пьедестал и низвергали в пучину критики. Поэтому браться за нее рискуют далеко на все театры – слишком большая ответственность. Наши рискнули.

Премьера спектакля состоялась 23-25 марта. До этого в Русском театре «Чайку» ставили 40 лет назад, поэтому публика ждала героев культовой деревенской трагедии с нетерпением.

По признанию многих зрителей, сценография от Михаила Егорова с символическими белыми декорациями и черным фоном слишком давила и мешала прочувствовать заложенный Чеховым исходный антураж.

Великий Чехов создал простой до наивности сюжет, который пунктиром прорисовывает картины обыденной жизни. А в ней праздность, глупость, тщеславие, любовь и тоска по ее отсутствию. Автор предоставляет право режиссерам самим раскрасить пунктирные контуры, наполнить пространство своими красками. Потому-то «Чайка» всякий раз получается новой, неповторимой.

Режиссер Елена Корнилова-Мягкая.

Режиссером версии ГАРДТ стала Елена Корнилова-Мягкая. Она выбрала для своей «Чайки» монохромную гамму. В черно-белом пространстве быт помещичьей усадьбы, терзания героев, комизм ситуаций и трагическая развязка  звучат громко и четко, и вместе с тем очень просто, как звук костяшек домино. Хотя по признанию многих зрителей, сценография от Михаила Егорова с символическими белыми декорациями и черным фоном слишком давила и мешала прочувствовать заложенный Чеховым исходный антураж. Это уже не лето-дача-озеро, это холодное пустое пространство вне времени суток и привязанности к эпохе.

В той же гамме выполнены костюмы Лены Гоголевой. И даже музыкальное оформление от Ивана Чайки, основанное на музыке Шнитке, поддерживает ощущение отсутствия света и цвета.

Зато авторский текст режиссер оставила нетронутым. В лучших традициях классического театра сложились и актерские работы.

Об этом подробнее.

Спектакль играется двумя составами. В каждом из них актеры, исполняющие главные роли, настолько самобытны, что смело можно сказать – у Елены Корниловой-Мягкой получилось создать два разных спектакля. Так Аркадина в трактовке Евгении Адамчук предстает своенравной, капризной, шумной и весьма властной особой. На ее фоне Константин Треплев – нелюбимый сын и неудачливый драматург (Евгений Кузьмин) выглядит нескладным, долговязым юношей, не сумевшим повзрослеть и выбраться из-под крыла своей maman.

В противовес им Аркадина, созданная Оксаной Смеркаловой, легка и воздушна. Она, скорее, комический персонаж, порхающий, как бабочка, не замечающий, что надвигается страшная гроза. Ее сын, которого сыграл Андрей Шаповалов, порывистый, страстный, жаждущий совершить что-то настоящее, но неспособный вырваться из душного мира, созданного матерью-артисткой.

Справедливости ради, заметим, что та самая роковая страсть – задача для двоих.

Ключевая фигура пьесы – Нина Заречная стала еще одной запоминающейся ролью Марины Слепневой. Яркой, но неоднозначной. С одной стороны, ее Нина очаровательна и вызывает сопереживание. С другой, роковое увлечение беллетристом Тригориным, в исполнении Дмитрия Юрченко, выглядит не вполне убедительно. Понятно, что так задумал Антон Палыч. Но неудержимую, губительную для всех страсть героини нужно доказывать зрителю. Доказывать неопровержимо! Иначе возникают вопросы. Например, почему разумная, чистая девушка, воспитанная в строгих традициях и увлеченная симпатичным юношей, вдруг бросает все, мчится в столицу, разрушает свою жизнь и калечит чужие судьбы? На него якутские зрители ответа не получили.

 

Справедливости ради, заметим, что та самая роковая страсть – задача для двоих. И, вероятно, если бы импозантный Тригорин обладал демоническим  шармом, соблазнял и очаровывал, публика с большей охотой поверила в его непреодолимый магнетизм. Но пока персонаж актера Юрченко кажется скучающим и каким-то отстраненным, поэтому увлеченность Нины выглядит ненатуральной, и это, как первая падающая костяшка домино рушит всю остальную картину.

Мужчина, которого ненавидит молодая жена, должен что-то чувствовать!

Еще одна несчастливая пара в этой истории создана дуэтом Екатерины Зориной (Маша, дочь приказчика Шамраева) и Владимира Кропотова (учитель Семен Семенович Медведенко). Безнадежно влюбленная в Треплева Маша, сильная, но надломленная натура, страдает и бросается в нежеланный брак, как в омут с головой. Она живет со своим во всех отношениях хорошим мужем, но тихо ненавидит его. Персонаж Зориной невероятно правдив и по-настоящему «цепляет» зрителя искренностью. Поступки приказчиковой дочери безупречно мотивированы и подтверждены достоверной игрой актрисы. А вот ее сценическому мужу не повредило бы добавить штрихов в свой эмоциональный портрет. Ведь мужчина, которого ненавидит молодая жена, должен что-то чувствовать! Но наш Медведенко, кажется, вполне доволен таким положением вещей. Он пуст, и страдания его супруги (как и старания партнерши по сцене) проваливаются в эту пустоту. Не секрет, что изначально на роль учителя пробовался Иван Мишагин, обладатель совершенно иного типажа и темперамента. Возможно, его психофизика гораздо лучше оттеняла бы душевные терзания Зориной-Маши.

К несомненным успехам новой постановки можно отнести работу Ильи Шумкина. Его персонаж (врач Евгений Сергеевич Дорн) на два десятка лет старше самого актера. Однако эта разница в возрасте не помешала Шумкину создать органичный и объемный образ. Здесь сошлось все – хорошо отработанная пластика, тембр голоса и даже речевые паузы – каждая деталь работает на роль. А легкая песенка, спетая под собственный гитарный аккомпанемент, стала прекрасным завершающим штрихом.

Управляющий Илья Афанасьевич Шамраев (Дмитрий Трофимов).

Подарком якутскому зрителю стало появление в «Чайке» вернувшихся недавно в родной театр Ксении Зыковой и Дмитрия Трофимова. Управляющий Шамраев в исполнении последнего, грубый человек без излишних церемоний, получился на удивление симпатичным. Его реплики не раз вызывали смех зрительного зала. Поклонники артиста считают, что роль отставного поручика для Трофимова явно маловата. То же можно сказать и в отношении Зыковой. Горничная — роль без слов, однако, актриса сумела сделать ее красноречивой благодаря  выразительным взглядам и пластике. Здесь можно вспомнить  театрального гения К.С. Станиславского, который не раз говаривал, что маленьких ролей не бывает.

Несмотря на спорные моменты, можно смело сказать, что спектакль «Чайка», поставленный режиссером Еленой Корниловой-Мягкой на сцене Русского драматического театра, получился.

Ну и на десерт Петр Николаевич Сорин в исполнении неподражаемого Эдвардаса Купшиса. Помещик, живущий беззаботной жизнью на лоне природы получился многогранным и глубоко символичным. Энергичный и жизнелюбивый вначале, больной и погруженный в сон в конце, он олицетворяет всю скоротечность человеческой жизни, которую можно прожить впустую, если не стремиться к высоким идеалам. Актерское мастерство Купшиса, как всегда, было вне критики, а его обаяние вновь сорвало аплодисменты зала.

Подытожим. Несмотря на спорные моменты, можно смело сказать, что спектакль «Чайка», поставленный режиссером Еленой Корниловой-Мягкой на сцене Русского драматического театра, получился. Как живой организм он будет развиваться, укладываться в заданные рамки, стирать шероховатости. И, будем надеяться, обретет, несмотря на монохромную концепцию, новые краски.

29.03.2018
4
2
 1021
Анна Пшенникова

Анна ПшенниковаСмотреть все записи

Журналист, драматург, знаток культуры. Человек, давно и прочно связанный с «Якутией». Легкое перо и глубокое понимание темы – отличительные качества ее авторского стиля.

Похожие записи

1 комментарий

  1. Искандер Расстегаев:

    0

    0

    А нам Тригорин понравился.Невероятный артист!Мощный и удалой.Яркий алмаз нашей сцены

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

четырнадцать − 9 =